Передовые технологии Intel^®

В течение нескольких дней после обвинения в инсайдерской торговле хедж-фонда Galeon Group вкладчики фонда вернули назад свои деньги. В течение недели должна была быть ликвидирована и сама фирма.

Raj Rajaratnam, основатель Galleon Group

Но это не конец истории, случай Галеона - только последняя глава в драме о надлежащей роли информации в движении рынков. В мире, где точную информацию обычно считают однозначно хорошей вещью, американское управление оперирует таким большим объёмом информации, что она превращается в однозначно плохую вещь.

Официальная информация говорит нам, что основалеть Galeon Group Rajaratnam и его коллеги соблазняли посвященных лиц в корпорациях, включая голубые фишки IBM, Маккинси и Интел, на намеренное разглашение секретной внутренней информации. Если так, эти руководители нарушили бы свои обязанности.

Есть свидетельство, которое поддерживает обвинение, что аналитики Галеона знали, что сведения были собраны неправомерно. Имеются в виду перехваченные заслуживающие внимания отрывки бесед, такие как слова руководителя Галеона: «Вы помещаете меня в тюрьму, если Вы говорите это.»

Это особенно верно, когда люди обвиняются в выведывании большого количества ценной внутренней информации. У служащих компаний могут быть ясные обязанности, чтобы защитить корпоративные тайны, но у торговцев нет такого обязательства.

Вместо этого случай Галеона могли бы назвать «аутсайдерской торговлей» — когда сделку совершают люди, которые собрали сведения от посвященных лиц о работе компании или передвижении грузов, но не сделка с посвященными лицами непосредственно.

Причина того, что американское правительство должно тщательно следить за криминализацией аутсайдерской торговли состоит в том, что рынки основаны на информации, анализе и соединении точек, чтобы определить, когда цены слишком высоки или слишком низки. Экономист Мильтон Фридмэн однажды сказал:

«Вы должны хотеть больше инсайдерской торговли, не меньше. Вы должны предоставить людям, которые вероятно знают о недостатках компании стимул, чтобы вся общественность знала об этом.»

Правила информационных обязательств для посторонних компании лиц особенно темны. Кажется, что Галеон развивал сети источников, начинающихся в Силиконовой Долине, где у г. Рэджерэтнэма были особенно хорошие контакты. Среди инвесторов в его фонде были люди, хорошо осведомленные о технологиях компании, которые стали частью информационной сети фирмы. Wall Street Journal цитировал Г-на Rajaratnam когда он называл этих инвесторов «большим ресурсом» и что «если мы спросим любого из них, их клиентов и поставщиков о положении дел, мы получим четыре ценные идеи».

Информационные потоки в эти дни переполнены информацией о сетях, включая информацию о рынках, разделенных членами различных объединений. Торговцы используют Вебсайты, чтобы обменяться мнениями о компаниях и используют социальные СМИ как Facebook, чтобы поделиться информацией. Искушенные торговцы, такие как хедж-фонды, привлекают тщательно отобранные сети, такие как их инвесторы. Поскольку эти сети расширяются, включая онлайн, сейчас очень трудно достоверно знать, произошла ли утечка рыночной информации ненадлежащим образом через нарушение посвященного лица или должным образом через сбор информации иными способами.

Эта неопределенность имеет свои издержки. В одном из немногих дел по инсайдерской торговле, рассмотренных Верховным судом, акцент был сделан на необходимости активных научных исследований. В деле Диркс В. по ценным бумагам и биржам (1983), судья Льюис Пауэлл пишет, что лицо ответственно за инсайдерскую торговлю «только потому, что оно сознательно получает секретную непубличную информацию от инсайдеров и торгуя на этой информации могло бы оказать тормозящее влияние на роль рыночных аналитиков».

Стивен Бэйнбриддж, профессор права UCLA, описал на своём блоге этот конфликт между ростом потребности в дополнительной информации, чтобы создать более эффективные рынки и более объективные цены, и регулирующим центром на равном доступе к информации. Комиссия по ценным бумагам и биржам всегда хотела установить правило равенства доступа: «Если у Вас есть больше информации чем кто - либо еще, Вы не можете торговать.» Проблема: «Комиссия по ценным бумагам и биржам может доказать не только, что у Rajaratnam был лучший доступ к информации чем у рынка вообще, но что он получил эту информацию незаконным образом».

До недавнего времени, неопределенность законов внутренней торговли было больше академической темой, чем основная проблема того, как рынки повседневно работают. В сегодняшнем мире непосредственных, глобальных потоков информации рынки нуждаются в большей ясности о том, как сведения могут быть собраны и использоваться. Настоящий урок в наше время - это то, что знание, когда посвященные лица нарушают свои обязанности легче чем знание о том, что посторонние лица идут слишком далеко в обеспечении движения объективной и точной информации на рынки.

Via The Wall Street Journal

Оставить комментарий